Одним из основных неразрешенных вопросов мировой политики является на сегодняшний день выбор оптимального режима валютного курса.

Благодаря высокой интеграции международных финансовых рынков, могут выжить только два противоположных режима: или независимое плавание, либо жесткая форма фиксации. Однако остается открытым вопрос, а останутся ли промежуточные режимы?

В 1982 году МВФ одобрил классификацию режимов валютного курса, которая была основана на самоопределении национальных денежных властей. Если Центральный банк или министерство финансов меняли валютный режим страны, то они  должны были в течение 30 дней сообщить в Фонд о том, какие характерные изменения были произведены.Благодаря официальному заявлению политику валютного курса страны можно было отнести к тому или иному режиму. Всего существовало три категории, которые можно было различить по степени гибкости:

• Фиксированный курс валют;
• Ограниченно гибкий курс валют;
• Валюты с плавающим курсом

Основой данной классификации была простота, широкая статистическая выборка стран, ежеквартальное обновление и длительный период наблюдения за режимами валютных курсов. Все это способствовало проведению их опытного анализа.

Однако классификация имела два основных недостатка.  Во-первых, число классов было очень узким, что не позволяло определять, к какой группе отнести какую-либо разновидность «мягкой привязки». Также, классификация игнорировала различия в денежно-кредитной политике, присущие странам с одинаковым режимом валютного курса.

И, во-вторых, данная классификация не учитывала разницу между номинальной и фактической политикой валютного курса, которой придерживались страны. Некоторые государства, официально придерживающиеся фиксированного курса, на практике часто проводили девальвации, используя валютный курс как регулятор конкурентоспособности отечественного экспорта. Другие страны, объявлявшие о своей приверженности плаванию, в действительности фиксировали валютный курс.

Таким образом, власти стран пытались избежать политических издержек и потери доверия, которые неизбежно сопровождают официальную девальвацию, одновременно стремясь максимально использовать преимущества валютного курса как антиинфляционного якоря денежно-кредитной политики.

Окончательным итогом служила разница между объявленным режимом валютного  курса, и фактически достигая огромной величины.

В 1990-х гг. было внесено несколько предложений в качестве альтернативных классификаций. Результатом работы стала обширная классификация, состоящая из 25 категорий режимов валютного курса. Все категории были объединены в девять больших групп.  Однако новая классификация не отражала  различия между жесткой и мягкой фиксацией валютного курса. Таким образом, ряд стран попали в разряд «неклассифицированное плавание».

Так на протяжении очень многих лет классификация менялась несколько раз.

Однако прессинг со стороны критиков и появление новых классификаций заставили МВФ модернизировать свою классификацию. В отличие от предыдущих, она основывается на наблюдении за фактическим поведением валютных курсов. Для прикладного использования классификации необходимо изучить динамику номинальных валютных курсов.

Если в стране существует унифицированный валютный курс, то во внимание принимается официальный курс денежных властей, а если экономические агенты действуют в условиях множественности валютных курсов - то рыночный курс параллельного валютного рынка.

В новой классификации появляются дополнительные категории фиксированных курсов, которые отражают степень денежно – кредитной автономии и характер обязательств денежных властей в отношении валютного курса. Несмотря на изменения на практике применение новой классификации было достаточно сложным.

Несмотря на то, что в течение 1990-х гг. приверженцы фиксации  постепенно начали отходить от мягкой формы привязки к жесткой,  плавный, но устойчивый рост числа стран, предпочитающих жесткую привязку и независимое плавание, говорит о том, что мир постепенно смещается к двум полюсам валютного режима.

Поляризация режимов валютного курса, по всей видимости, отражает проблему «несовместимой троицы», когда страна может одновременно достичь только две цели из трех: стабильность валютного курса, свободная мобильность международного капитала и независимость денежно-кредитной политики.

Растущая интеграция международных финансовых рынков заставляет денежные власти сделать выбор между стабильным валютным курсом и денежно-кредитной независимостью. Промежуточный режим остается предпочтительным лишь для тех стран, которые еще не открыли иностранным инвесторам свои рынки капиталов.